Авторка статьи, феминистка, блогерка
Каждый раз, когда я прихожу на приём к гинекологине с жалобой на крайне болезненные месячные, пятнадцать минут в кабинете проходят по одному и тому же сценарию: УЗИ, комплименты чудесному состоянию моей матки, эндометрию и яичникам и предложение начать пить оральные контрацептивы. Я злюсь. Раньше я в полной мере не понимала, что конкретно меня злит. Сейчас, после нескольких лет глубокого погружения в феминизм, я знаю: меня злит, что моя боль игнорируется. Ещё я знаю, что это не частный случай: игнорирование женской боли как явления — неотъемлемая часть патриархальной системы. И сегодня я хочу поговорить об этом: как нас приучают к боли и к чему приводит бесконечное «потерпи».
Ни дня без боли
Итак, боль. Боль, боль, боль — много боли. Боль преследует женщину постоянно — с самого рождения, становясь неотъемлемой частью нашей жизни. Она преследует нас каждый день, и в итоге мы просто перестаём её замечать. А я хочу напомнить о ней. Простите.
Вот мама собирает малышку в детский сад. Ритуал утренних причёсок, знакомый многим, когда расчёска выдирает волосы, а тугая резинка их слишком сильно стягивает. Больно? «Потерпи, красота требует жертв», — скажет малышке мама, которую воспитывали точно так же. Колючие колготки и не совсем удобная (но красивая) кофточка. Мамина принцесса! А на утренник — нарядное платье, сковывающее движения, и ботиночки на «детском» каблучке: «Ты же хочешь быть самой красивой Снежинкой?» Малышка запомнила: она девочка, девочка должна быть красивой, а красота требует жертв (боли).
В детском саду к малышке пристаёт мальчик: дёргает за косички или постоянно задирает. Жалоба воспитательнице, а в ответ знакомая многим фраза: «Ты ему просто нравишься!» Получается, что боль неотделима от любви? Выходит, что так, ведь «бьёт – значит любит». Я, кстати, правда верила в это, когда в 11 лет мальчик, который мне нравился, ударил меня учебником по голове. И это довольно распространённый опыт подросткинь: недавно я наткнулась на скетчи блогерки в TikTok о «той самой первой любви», когда старшеклассник, пытаясь добиться внимания девочки, то юбку ей задерёт, то лямку лифчика оттянет, то уронит в снег. Сначала улыбнулась, а потом одёрнула себя.
В 13–14 лет причинение нам боли мы без сомнений принимаем за знаки симпатии, потому что уже выучили, что можно и потерпеть — ради мужского внимания.
В один день, играя во дворе, девочка разбивает коленку. Перекись — ужасно больно! Девочка кричит и плачет. «А как ты рожать будешь?» Получается, эта боль не важна и вообще не самая страшная в жизни: есть какие-то роды (которые почему-то должны обязательно состояться), и они больнее всего на свете, а остальное так, мелочь! Значит, терпим, ведь когда-то ещё рожать
К возрасту первой менструации девочки уже привыкают терпеть боль и не замечать её, но эта боль — новая, и облегчить её очень хочется. Тогда оказывается, что болит у всех, все терпят — и ты терпи. Такова уж женская доля (и не забывай: тебе ещё рожать!). Пей обезбол, который не всегда поможет. Не жалуйся и не смей заявлять, что из-за месячных не можешь полноценно функционировать в школе, на секции или подработке. Ты просто халтурщица.
Возможно, спустя какое-то время в твою боль всё же поверят, а ещё спустя лет семь диагностируют эндометриоз. Как будто победа, но лекарства всё равно нет — просто пей оральные контрацептивы, думая о побочках.
Проколоть уши, выщипать брови, удалять волосы с тела (бритвой, воском, лазером), носить каблуки, стирающие ноги в кровь, неудобную стягивающую одежду и впивающийся в кожу жёсткими косточками лифчик. Но уже привычно.
Это даже не воспринимается как боль. Просто бесконечное «чуть-чуть потерпи».
Домогательства от случайных мужчин на улице, удары по ягодицам от одноклассников, странные сексуальные практики с первым парнем, которые он увидел в порно, — это же так сексуально. Да, он свяжет тебя, пару раз ударит и слегка придушит. Но ты же хочешь доставить ему удовольствие? Так что, пожалуйста, терпи боль — но не забудь, что в насилии против тебя будешь виновата сама: «спровоцировала», «зачем терпела» и «дура, почему не ушла?».
Почему про это редко говорят
Постепенно мы перестаём замечать, когда нам больно. Боль глубоко в нас интернализирована, ведь с детства приучают её терпеть и не замечать. Многие из нас живут в вечной диссоциации со своим телом. И это не проходит бесследно.
Сначала вроде бы безобидное «бьёт — значит любит» и романтизация проделок одноклассников, а потом женщины массово не распознают насилие по отношению к себе. Более половины опрашиваемых женщин в разных исследованиях не определяют произошедшее с ними как изнасилование: «он не так понял», «я сама не остановила», «ну немного потерпела, а ему приятно». Всё что угодно, но не признание того, что тебе причинили боль. Общество тоже вряд ли поверит в реальность твоей боли: вы наверняка видели комментарии о том, что раз уж тебя насилуют, то просто расслабься и потерпи.
Сначала тебя просто не освобождают от урока физкультуры из-за месячных, а потом врачи системно списывают боль женщины на эмоциональность и выписывают менее эффективные обезболивающие.
На постановку диагноза «эндометриоз» уходит в среднем от 7 до 10 лет, а вместо качественных исследований мы получаем, к примеру, анализ привлекательности партнёрш с этим заболеванием.
Это явно более важное исследование на фоне опыта миллионов женщин, которым нестерпимая боль во время менструации портит жизни (причём иногда усталость от системного игнорирования доводит даже до суицида).
Патриархальной системе выгодно и приучать нас к боли, и игнорировать её. Приучать, чтобы легитимизировать насилие против женщин, а игнорировать, чтобы не тратить ресурсы на её облегчение или устранение. Ведь тогда придётся допустить мысль о том, что женщина тоже человек, её боль существует и она не должна испытывать и терпеть её во имя какой-либо цели.
Я нахожу особенно страшным то, что мы перестаём замечать боль. Ведь просто невозможно осознавать, что тебе причиняют боль различными способами чуть ли не ежедневно. В итоге мы просто учимся с этим жить. И на фоне всего этого я постоянно возвращаюсь к тейку о более низком женском болевом пороге и думаю: а какую часть той разницы, которую мы привыкли объяснять устройством наших тел, на самом деле формируют культурные нормы и выученная привычка терпеть? Был бы женский болевой порог другим, если бы с самого детства каждая из нас не привыкла жить с болью как с частью себя? Вопрос без ответа.
Как женскую боль монетизируют
Тесно сплетённый с патриархатом капитализм неустанно зарабатывает на женской боли. Помните, малютке говорят, что красота требует жертв? Но ведь жертвы не заканчиваются на тугой прическе и колючих колготках.
Красота требует жертв и боли ежедневно настолько, что я вряд ли сильно ошибусь, если скажу, что боль — вечный спутник женской красоты.
Прокол ушей, диеты и изнуряющие тренировки, обувь на каблуке и неудобная одежда, наращивание волос, маникюр с педикюром, эпиляция, чистка лица и пилинги, уколы ботокса и гиалуронки, подтяжка лица, пластика, липосакция. Всё это — «красота», и всё это в разной степени больно. А ещё всё это — огромные капиталы корпораций и индустрии «красоты» в целом. Кто-то ежесекундно зарабатывает на привитых комплексах и том, что ради мнимого избавления от них ты готова вынести любую боль.
Мы все знаем, что пластические операции сопровождаются очень тяжёлым восстановлением и что уколы «красоты» не безболезненны. Но женщины не перестают покупать эти услуги. Почему? Потому что красота обязательна, а боль приучили терпеть. И продают нам это через заботу о себе и стремление к красоте, а за покупку очередного укола можно ещё и получить одобрение: приятно слышать, что ты «следишь за собой», «не запускаешь себя» и «выглядишь младше своих лет». В существующей системе нам важнее выбрать красоту, сопрягаемую с болью, чем отказаться от боли насовсем.
И, конечно, нет ничего лучше, чем превратить боль в выбор. Неолиберализм позаботился об этом. Так что теперь это только твоя ответственность. Поэтому потерпи, а лучше получи удовольствие от очередной процедуры. Неприятно? Ну и что. Ты же помнишь, что красота требует жертв?
Постскриптум
Я намеренно писала эту статью в формате простого монолога, чтобы каждой читающей было максимально просто переложить это на свой опыт. Я писала не для того, чтобы причинить боль от осознания масштабов причинённой нам боли, а чтобы дать понять, как её много, как она была нормализована, проигнорирована и неоднократно использована против женщин.
В таком замалчивании насилия против нас — а причинение нам боли является насилием — есть определённая цель. Цель эта — поддержка патриархального порядка и бесконечные попытки закрыть женщинам рты, чтобы продолжать причинять нам боль. Именно поэтому так много агрессии против тех женщин, которые заявляют о насилии, которые рассказывают другим женщинам о привитой им боли и о том, что они не должны это терпеть и продолжать молчать.
Потому что они нарушают патриархальный контракт. Они заметили боль и посмели заявить о том, что не намерены её терпеть. Они заметили боль и передали это знание другим женщинам. Они заметили боль и потребовали прекратить. Я тоже требую прекратить причинять женщинам боль.
Хватит.
