С какими препятствиями сталкиваются инициативы в сфере инклюзии

Инклюзия
5
(13)

В начале апреля 2023 года «ІншыЯ» провели в Вильнюсе форум «All Inclusive 2.0. Стратегии работы в современных условиях», для подготовки которого нам потребовалась дополнительная информация о том, что сейчас происходит в сфере инклюзии. С какими проблемами сталкиваются беларусские организации и активист_ки? Насколько различаются взгляды и потребности тех, кто остался в стране, и тех, кто был вынужден покинуть Беларусь? Что необходимо для того, чтобы улучшить общее состояние нашей деятельности? Мы провели опрос среди беларусских организаций и инициатив, для которых инклюзия является направлением работы или ценностью, чтобы выяснить это. И так, рассказываем, как дела в сфере инклюзии.

«Наш опрос, — отмечает соучредитель и директор «ІншыЯ» Дмитрий Радзиевский, — это попытка проанализировать общую ситуацию в организациях и инициативах, для которых инклюзия является направлением работы или ценностью. Мы знаем, что за последние три года таких исследований в Беларуси  не было, а разных значимых событий произошло очень много. Поэтому нам нужно было понять, как на это повлияла пандемия COVID-19, политические протесты, репрессии, война и несколько волн эмиграции. И мы надеемся, что эти данные составят более четкую и прозрачную картину наших общих трудностей и помогут нам двигаться дальше».

1. Отсутствие общих встреч и образовательных мероприятий

Самый популярный ответ (62%) на вопрос «Чего вам не хватает для эффективной работы в сфере инклюзии на данный момент?» — отсутствие мероприятий для обмена опытом с другими организациями и инициативами. Прежде всего, это связано с тем, что многие активист_ки вынужденно покинули Беларусь, и сейчас всем очень нужны выездные встречи, чтобы люди, живущие как внутри Беларуси, так и за ее пределами, могли оставаться на связи и обмениваться опытом.

Проблему отсутствия образовательных мероприятий отметили 36% респондент_ок. Немного чаще этот запрос исходил от тех, кто остался в Беларуси. Сложность в том, что большинство мероприятий сейчас не могут быть публичными — ради безопасности тех активист_ок, которые потом планируют вернуться в Беларусь. Встречи происходят, но в закрытом формате, и о них знают, в основном, те, кто знал друг друга раньше, а новые активист_ки остаются вне мероприятий и чувствуют себя брошенными.

2. Отсутствие актуальной информации о состоянии стигматизированных и дискриминируемых групп

Еще одна существенная проблема, которую отметили 53% респондент_ок, — отсутствие доступа к актуальной информации о статусе стигматизированных и дискриминируемых групп. Так, например, невозможно увидеть реальный масштаб ситуации с домашним насилием в Беларуси, потому что Министерство внутренних дел очень неохотно делится этими данными, стремясь скрыть реальное положение. Кроме того, далеко не все пострадавшие обращаются за помощью. Ситуация с ЛГБТК+ также очень размыта: эта уязвимая группа находится в подполье из-за гомофобной политики государства и неохотно идет на контакт из-за боязни аутинга.

Аутинг — публичное раскрытие информации о сексуальной ориентации или гендерной идентичности человека без его согласия.

3. Сложность работы с целевой аудиторией 

Одна из особенностей работы в сфере инклюзии заключается в том, что для более эффективной помощи нужно иметь прямой контакт со своей аудиторией, а сейчас это стало практически невозможным, особенно для тех организаций и активист_ок, которые покинули Беларусь. Так, на вопрос «Что больше всего влияет на вашу работу с инклюзией?» около трети ответов (32%) указывают на то, что прямой доступ к аудитории утерян, а 51% — на то, что целевая аудитория напрямую боится взаимодействовать и участвовать в активностях организаций гражданского общества (ОГО). Это связано с тем, что общественный сектор теперь приравнивается властью к политическому и преследуется государством. Из-за этого людям также страшно попасть под репрессии.

Кроме того, новый онлайн-формат работы подходит не всем целевым группам. Например, пожилым людям сложно пользоваться техникой, а работу с людьми, находящимися в закрытом хосписе, вообще невозможно заменить онлайн-форматом.

Размер и яркость цвета зависит от того, как часто отметили группу в опросе: чем больше людей отметило, тем более тёмным и крупным шрифтом написана группа

4. Опасность работы внутри Беларуси и отсутствие понимания, как работать в нынешних политических обстоятельствах

Самые популярные ответы — около 60% — свидетельствуют о страхе и опасности работы внутри Беларуси: страх задержания, отсутствие доверия в обществе, невозможность легальной и открытой работы, усиление репрессий, давление со стороны государства, опасность общения с активист_ками внутри страны. Такие ответы гораздо чаще давали люди, живущие в Беларуси.

Сейчас нет ясности с тем, что законно, а за что можно попасть под уголовное преследование: непонятно, как организовывать офлайн-мероприятия, от каких организаций можно получать финансирование и поддержку, с какими СМИ можно сотрудничать, чтобы не потерять доверие аудитории и в то же время не быть привлеченным к ответственности за работу с экстремистским ресурсом. Поэтому ранее активная деятельность многих организаций и проектов, оставшихся в Беларуси, приостановлена.

5. Невозможность долгосрочного планирования работы

Чтобы эффективно вести свою деятельность, необходимо видеть ближнюю и дальнюю перспективы, в том числе финансовую. Однако значительная часть респондент_ок (43%) отмечают, что количество источников финансовой поддержки сократилось, а 34% говорят, что уменьшился ее размер. Люди, находящиеся в Беларуси, упоминали эти проблемы в два раза чаще, чем те, кто находится за рубежом.

Это связано с тем, что сейчас ОГО сложнее получать гранты и пожертвования, поскольку люди и бизнес боятся преследования за «финансирование протестов», а получение иностранного финансирования вообще считается самоубийством, так как практически сразу делает инициативу «агентом Запада» и приводит к репрессиям.

6. Выгорание, фрустрация, снижение мотивации и нехватка людей в команде

Понятно, что такое общее состояние в сфере инклюзии приводит к выгоранию и снижению мотивации, причём как основной команды организации, так и волонтер_ок. На эту проблему указывают 15% всех ответов. Из-за нелогичности репрессий некоторые активист_ки выбирают более безопасный вид деятельности, некоторые временно покидают свой сектор и фокусируются на более кризисных направлениях, например, на помощи политзаключенным. Непредсказуемость действий со стороны государства, ответственность за безопасность уязвимых групп, нехватка людей в коллективе приводят к выгоранию и фрустрации.

***

Теперь у нас есть определенный срез текущей ситуации и четко определенные проблемы, то есть мы можем планировать мероприятия, например, форумы или образовательные программы, для улучшения общей ситуации — в той мере, в какой можем влиять. Вместе пошагово обсуждать все сложности и разрабатывать рекомендации по дальнейшим действиям.

Подробнее с результатами нашего опроса можно ознакомиться ниже (на беларусском языке).


Текст: Марийка Орлова

Насколько публикация полезна?

Нажмите на звезду, чтобы оценить!

Средняя оценка 5 / 5. Количество оценок: 13

Оценок пока нет. Поставьте оценку первым.

Падзяліцца | Поделиться:
ВаланцёрстваПадпісацца на рассылкуПадтрымаць
Подписаться
Уведомить о
0 Comments
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x